Рецензия на фильм "Джейн Эйр"

«Джейн Эйр» — классическая любовная история с выразительным привкусом саспенса.

Роман, главную героиню которого старшая из сестер Бронте описала как «столь же простую и незначительную девушку, как я сама», вот уже более 160 лет продолжает вдохновлять и будоражить воображение. Так в середине 1990-х за новый вариант экранного повествования английской классики решил взяться Франко Дзефирелли, позвав в картину Шарлотту Генсбур в качестве бедной дурнушки-гувернантки, а Уильяма Хёрта — для воплощения образа хозяина Торнфилда. Результат был предсказуем — неоднозначные отзывы, хотя критики отдавали должное и таланту великого режиссера, и мастерству исполнителей главных ролей.

Но для аудитории постсоветского пространства незабвенным, конечно же, останется сериал 1983 года. И все последующие постановки, в основном, сравнивают именно с ним. Естественно, ни одна из дам в возрасте от 20 до 60 не может даже представить себе иного Рочестера, нежели Тимоти Далтон с его взрывным темпераментом и сексуальным магнетизмом. И мало кто из них помнит, как зовут исполнительницу главной роли. Однако не стоит сбрасывать со счетов тот факт, что на раскрытие истории авторами было взято 239 минут. Посему конкурировать за пальмовую ветвь зрительских симпатий вправе только телеаналоги, но никак не киноадаптации.

Когда ты ограничен хронометражем, тяжело вместить в картину и сюжетные перипетии, и бунтующую натуру Джейн Эйр, и ее феминистические взгляды, и лицемерное пуританское общество тех времен, и остро ощутимое социальное неравенство. На авансцену выходят отношения между мужчиной и женщиной, а все вышеперечисленное обозначается лишь легкими штрихами. Понимая это, режиссер новой кинопостановки «Джейн Эйр» Кэри Фукунага сконцентрировался на нюансах отношений между героями, которым было суждено пережить целый калейдоскоп эмоций на фоне ужасающей таинственности. «В книге Бронте очень много пугающего и жуткого, — говорит режиссер. — Мне чрезвычайно по душе эта атмосфера, поэтому я стремился углубить “страшную” сторону нашего фильма, в отличие от предыдущих экранизаций. Нашей задачей, конечно, не было снять хоррор, но хотелось, чтобы элемент ужаса здесь явно ощущался».

…Кто-то из великих высказывал мнение, будто слепота и увечье Эдварда Рочестера в финале является платой за его подавляемые чувства. За то, что влекущему его к Джейн скрытому пламени не дано было разгореться. Создатели фильма утверждают, что во время съемок совместных сцен Джейн и Рочестера актеры просто искрились. Пресловутая химия и атмосфера задушенных желаний блестяще перенесена из романа на экран. Это незримая обоюдная зависимость двух внешне суровых и сдержанных, и в то же время страстных людей. Ведь и место съемок выбрано на удивление точно: то навевает животный ужас, то завораживает своей первозданной нежностью и красотой — как и потрясающая музыка оскароносного Дарио Марианелли («Искупление»). Но самое важное: Миа Васиковска, Майкл Фассбендер и Кэри Фукунага более чем убедительны на фоне этой романтической истории в готических тонах.

Дарья Дерская